Интервью портала "Мир" с Натальей Молчановой - июль 2015

«Фантастическая женщина» – вот первое, что приходит в голову, когда слышишь историю Натальи Молчановой – спортсменки, завоевавшей 25 золотых медалей чемпионатов мира и установившей более 40 мировых рекордов. К 20 годам Наталья стала мастером спорта по скоростным видам подводного плавания, а затем оставила тренировки – занялась воспитанием детей. Но вода не отпускала, и спустя два десятилетия Молчанова вернулась в спорт, чтобы добиться потрясающих результатов. Заниматься подводным плаванием на задержке дыхания она начала в 40 лет и спустя 13 лет, кажется, находится на пике своей формы, не уступая пьедестал более молодым конкурентам.

И это далеко не все – Наталья имеет степень кандидата педагогических наук и является доцентом кафедры теории и методики прикладных видов спорта и экстремальной деятельности РГУФКСиТ (Российского государственного университета физической культуры, спорта и туризма). Пишет докторскую диссертацию, ведет занятия по фридайвингу в бассейне при университете – просто удивительно, откуда в этом человеке берется столько энергии. «МИР 24» поговорил с уникальной спортсменкой об опасностях фридайвинга, нырянии с акулами и о том, как всегда оставаться в форме.

Кабинет, в котором преподает Наталья Молчанова, представляет собой небольшую комнату без парт, уставленную стульями и стендами с наградами. После интервью начинается занятие, сначала теория, потом практика в бассейне. Тема урока – «Снаряжение. Система партнерства и безопасности при нырянии». Мы беседуем с вечно занятой спортсменкой до занятия.

- Как вам удается так хорошо выглядеть? У вас есть секреты сохранения красоты, или так благотворно влияет вода?

– Секретов никаких нет. Я придерживаюсь правил здорового питания, которые знают все, мясо ем очень редко. Специально ничего не делаю, потому что сильно занята и соревнованиями, и научной деятельностью. Я пишу докторскую работу и тороплюсь ее закончить, потому что мой научный консультант собирается уходить из университета. Мне абсолютно некогда заниматься собой.

- Известно, что фридайвингом вы начали заниматься с 40 лет, а до этого вы увлекались каким-либо видом спорта?

– Конечно, я сначала занималась фигурным катанием, а потом с 3-го класса и до окончания школы – плаванием. В институте занялась скоростным видом подводного плавания, к 20 годам доплавала до мастера спорта. Потом был перерыв в 20 лет, посвященный семье, а потом вернулась. Я помню, что в первый раз нырнула в пять лет. Помню ощущение, когда вода меня накрывает, и появляется такая галактическая спираль, которая преследует меня всю жизнь. Тогда-то я не знала, что строение галактики спиралеобразное, но у меня было ощущение спирали, которая меня всасывает.

- В прошлогоднем интервью для RT вы сказали, что не считаете фридайвинг спортом. Правильно ли я понимаю, что для вас это, скорее, психологическая и духовная практика?

– Слов «духовная практика» я бы не стала употреблять, они более свойственны терминологии йогов, а я не причисляю себя к этому лагерю. Я живу обычной жизнью, занимаюсь обычной светской преподавательской деятельностью и ни о какой духовной жизни не задумываюсь. Но из своего опыта знаю, что фридайвинг немножко меняет воззрения на жизнь. О влиянии ныряния на личность говорят и многие мои ученики. Само нахождение на глубине позволяет ощутить некое взаимодействие с миром, пространством, безотносительно конкретных событий и людей... Ощутить что-то общее в этом поле, в котором мы живем.

- Вы относите себя к какой-либо религии?

– Нет. Это не принципиально, просто я вижу, что все едино. Поэтому разделяться по религиозному признаку смысла не имеет. Я верю в нечто изначальное, что дало толчок к развитию жизни.

- В какую сторону этот опыт меняет человека?

– Он становится терпимее к миру, добрее, менее напряженным. Фридайвинг заставляет людей расслабиться, потому что расслабление необходимо, если хочешь глубоко нырнуть. Через это состояние приходит и спокойный взгляд на жизнь. Человек меньше воспринимает ее как опасность, у него возникают гармоничные отношения с миром.

- Есть ли тип людей, которые в силу характера не могут заниматься фридайвингом?

– Я не думаю, что кто-то по своему психологическому складу не может освоить ныряние. Кто-то не хочет, потому что это не его стихия. Например, моя дочка не очень-то любит воду, она любит танец – вот это ее дело. Я наблюдала фридайверов высокого класса, совершенно различных по характеру, в том числе и очень эксцентричных. Стиг Cеверинсон ни минуты не может без общения, ему постоянно надо с кем-то делиться, разговаривать – очень харизматичный человек. На Чемпионатах мира он продолжает разговаривать за две минуты до старта. Я ему говорю – Стиг, у тебя сейчас старт, иди, ради бога, готовься. При этом он чемпион мира. Поэтому я думаю, что любой человек, любящий воду, а это первое условие, может научиться нырять.

Стиг Cеверинсон – фридайвер из Дании. Единственный в мире смог задержать дыхание на 22 минуты. Имеет степень доктора наук в области медицины и степень магистра в области биологии. Свой 22-минутный рекорд поставил, плавая в бассейне с акулами.

Сложно обучать спортсменов высокого класса, они очень часто напряжены. Они привыкли идти к цели, жестко следовать ей, и научить их перестать обращать внимание на метры, секунды и просто двигаться так, как пойдет, непросто. Но потихонечку это приходит. Часто фридайвингом начинают заниматься профессиональные пловцы, но больше почему-то приходит ребят из единоборств. Таких много и среди элитных фридайверов.

- А вы сами по складу, скорее, склонны к уединению или тоже нуждаетесь в постоянном общении?

– Мне нравится общение, я же занимаюсь педагогической деятельностью, а педагог должен уметь понимать людей. При этом я самодостаточна, с удовольствием сижу одна и занимаюсь написанием чего-либо. Мне нравится работать со словом, с компьютером. Общение каждый день для меня не обязательно, удовольствие доставляет работа. Причем работа не только научная, например, отчет с последнего Чемпионата мира я опубликовала в стихах. Писать я начала с тех пор, как занялась фридайвингом, появилось желание что-то выразить. Для творчества нужен повод.

- Вы демонстрируете потрясающие успехи во фридайвинге, причем чем с каждым годом достижения все более серьезные. Вы освоили все дисциплины?

– Рекорды мира у меня есть в семи из восьми дисциплинах. У нас есть три дисциплины в бассейне: ныряние в ластах, без ласт и статическая задержка дыхания. В глубину также три: ныряние в ластах, без ласт и по тросу на руках. И есть еще две дисциплины не соревновательные. Одна – погружение с переменным весом, то есть спуск со следом (специальной тележкой), а всплытие самостоятельное (или в ластах, или по тросу на руках – кто как), вот там у меня есть рекорд. Вторая – так называемая No Limits, когда спортсмен спускается и всплывает со следом, в этом я не участвовала. Максимальная глубина, на которую я опускалась со следом, – 127 метров, это заняло три минуты. А мировой рекорд по статической задержке дыхания у меня составляет девять минут.

- Фридайвинг является экстремальным видом спорта, вам лично приходилось сталкиваться с опасностями?

– Фридайвинг связан с определенным риском определенным для здоровья и для жизни, и нештатные ситуации иногда возникают. Самый первый такой случай произошел со мной в 2006 году. Я погрузилась со следом, а вверх должна была подниматься самостоятельно. Глубина 90 метров на тот момент была для меня очень большой. И когда я открыла баллон, чтобы наполнить воздухом воздушный мешок, то шланг, который ведет в этот мешок, выпал. Я была в очках, заполненных водой, и не могла разглядеть, в чем дело. Открывала баллон, закрывала, потом догадалась и на ощупь вставила шланг. Но на глубине я пробыла долго, тогда для меня это было серьезное испытание. Последствия чувствовались на протяжении трех месяцев – было небольшое нарушение работы мозжечка, небольшое нарушение координации движений. Мы пришли в Бурденко, сделали томографию. Они сказали – ой, срочно ложитесь в больницу. Но я поехала отдыхать в Хорватию, не ныряла – просто отдыхала и потихонечку восстановилась. Через три месяца все прошло, и мы выиграли командный Чемпионат мира. Такая серьезная травма у меня была одна.

Основная опасность во фридайвинге – это блэкаут, потеря сознания, связанная с понижением содержания кислорода в головном мозге. Наступает он внезапно при выныривании с глубины. Поэтому страхующий должен быть на последних 20 метрах всплытия, он встречает ныряльщика и сопровождает к поверхности. А в глубине состояние гипоксии не возникает.

- Как не впасть в панику, когда чувствуешь, что у тебя серьезная проблема на большой глубине?

– Чтобы не попасть в состояние паники и не выполнять неправильные с точки зрения спасения жизни действия, мы применяем технику деконцентрации внимания, которая позволяет спокойно отнестись к возникшей ситуации и правильно действовать. Кроме того, нырять нужно всегда с компетентным страхующим, человеком, который знает признаки потери сознания и может правильно оценить ситуацию и вовремя поднять на поверхность. Знает, как это делать.

- Ранее в интервью вы говорили, что акула, да и другие морские обитатели на человека в гидрокостюме не нападут. Почему вы так уверены?

– С акулами мы плавали, двухметровыми серыми и молотоголовыми. К акуле надо относиться индифферентно, от тебя не должно исходить испуга, иначе животное может и среагировать, как в случае с собаками. Есть много видео, как фридайверы ныряют среди акул, и ничего не происходит. Еще важно не иметь при себе блестящих предметов, чтобы не спровоцировать атаку, ведь акула может принять что-то блестящее за рыбью чешую. Надо заранее просчитывать уровень риска.

- Что вы думаете по поводу довольно распространенного мнения о вреде фридайвинга?

– Когда говорят про вред, это, скорее всего, некомпетентное мнение, основанное на домыслах, что гипоксическая нагрузка вредна для организма. Мы говорим, что да, несомненно вредно – если это является патологическим процессом. Если организм больной, тогда такая нагрузка может послужить спусковым механизмом для развития многих заболеваний. Но мы говорим о гипоксии во фридайвинге, как гипоксии нагрузки, которая возникает при любой деятельности большой мощности. Если мощность работы высокая, всегда возникает кислородный долг. На финише всегда у людей одышка, то есть уже есть гипоксическое состояние. Во фридайвинге то же самое: кислородный долг также возникает, и когда он ликвидируется, состояние организма нормализуется. А так как организм здоровый, то никаких негативных последствий одноразовая нагрузка не имеет. В долговременной перспективе в организме даже происходит адаптивная реакция, которая позволяет противостоять и другим экстремальным или стрессовым факторам окружающей среды, например, холоду и жаре. Поэтому гипоксическая нагрузка, если она соответствует адекватным возможностям человека, абсолютно безопасна.

Данные о том, что отметка в четыре минуты критична для мозга, верны только если прервано его кровоснабжение. А в случае задержки дыхания кровоснабжение не прерывается, просто кровь обеднена кислородом – это разные вещи. Люди, которые переживали блэкаут, если, конечно, страховщик был рядом, ничего не теряют в интеллектуальном плане. При нырянии тренируются и сердечная мышца, и сосуды. Во время задержки дыхания происходит сужение сосудов на периферии и перераспределение кровотока с периферии к центру. Во время окончания задержки дыхания идет расслабление периферических сосудов – и вот в этом заключается гимнастика, то есть профилактика сердечно-сосудистых заболеваний. Но если заболевания уже есть, то это ограничение для занятия фридайвингом.

- Как вы сейчас оцениваете развитие фридайвинга в мире?

– Фридайвинг активно развивается с начала проведения Чемпионатов мира, то есть с 1996 года. Сейчас каждый год чемпионат собирает уже более 100 человек, проводится много исследований. Фридайвинг очень популярен, это видно даже на примере дайвинга и фридвайвинга в Голубой дыре – на сегодняшний день там больше фридайверов, чем дайверов. Я очень люблю там тренироваться, потому что большая глубина начинается уже в 20 метрах от берега. Это удобно – не надо лодку нанимать, поэтому не тратишь лишних денег.

- Маленьких детей обучают фридайвингу?

– В РГУФКе есть детский фридайвинг, детей принимают с 5-6-летнего возраста. Иногда даже берут тех, кто не умеет плавать, и сначала учат их этому. Занятия проходят в игровой форме, и, как мы замечали, многие дети с большим удовольствием ныряют, чем плавают. Когда детям дают задание плавать, они скучнеют, начинают бурчать, мордочки становятся недовольные. Как только переходят к нырянию – радость и совершенно другое эмоциональное состояние. О глубине, конечно, речь не идет. Им надо нырнуть на дно «лягушатника» за игрушками, пронырнуть через обруч, через два метра – еще через один обруч, и так далее. Я лично своих детей плавать учила с года, тогда это было не так распространено, как сейчас. В два года они поплыли у меня уже по-собачьи без нарукавничков.

- Какие спортивные задачи ставите себе сейчас?

– В этом году я на день рождения нырнула в Голубую дыру с переменным весом: вниз с дополнительным весом, потом оставила груз, проплыла 25 метров через арку в глубине 60 метров, потом поднялась вверх брасом без ласт. Не знаю, насколько позволит здоровье, но, может быть, когда-нибудь я нырну вниз чисто брасом, без груза, и вверх поднимусь брасом. Еще хочу съездить в Мексику и нырнуть в сенотах.

Ныряние на задержке дыхания знакомо человечеству уже несколько тысяч лет, когда-то таким способом добывались жемчуг и морские губки. Этим искусством владели в Древней Греции и в Древнем Риме, а также жители некоторых тропических островов. Эту тему затрагивает, например, Иван Ефремов в романе «Таис Афинская» – греческая гетера в совершенстве ныряла в морские глубины. В качестве спорта дайвинг и фридайвинг начал оформляться в середине XX века, популяризации подводного плавания послужило в том числе изобретение Жак-Ивом Кусто акваланга. С тех пор о пользе и вреде фридайвинга ведется много разговоров, но исследований изменений, которые происходят в организме ныряльщика на глубине, до сих пор крайне мало.

Беседовала Мария Аль-Сальхани

Оригинал статьи здесь



Sportedu: vKontakte Sportedu: Facebook Follow sportedu_ru: Twitter Sportedu: YouTube


Rambler's Top100